Светлана Тычкова: от ученика оператора — до начальника почтамта

08:09 | 15.07.2021 | 176 | 0

Когда она двадцатилетней девчонкой поступала учеником на почту, разве могла знать, что пройдут годы и ей доверят возглавить коллектив, где начальником в свое время был ее отец. Более того, она будет работать в том же кабинете и за тем же столом.

– Да, это действительно так, – рассказывает Светлана Петровна Тычкова.– Вся трудовая жизнь родителей прошла в почтовой связи. Отец, Малышенко Пётр Николаевич, демобилизовавшись в 1947-м, вернулся в родную деревню Николаевку, где его вскоре поставили начальником почты. В 1951 году отца повысили – он возглавил по тем временам крупное большое отделение в городе Бирюсинске. Позже окончил Новосибирский техникум связи. Мама, Валентина Лаврентьевна, тоже почтовый работник с сорокалетним стажем.

После школы Светлана поступила в Красноярский институт. Молодая, не очень серьезно отнеслась к учебе, в общем, бросила, вернулась домой и устроилась на гидролизный завод. Отец к тому времени опять пошёл на повышение – его перевели в Тайшет начальником узла почтовой связи, предоставили квартиру. Разумно посоветовал дочери:

– Чего будешь болтаться, иди деньги зарабатывай. Ступай к нам учеником оператора.

Пришла в 1971 году и осталась здесь на долгие 43 года, неспешно поднимаясь по служебной лестнице. Оператор, нормировщик планового отдела, экономист, старший экономист. В промежутках между повышениями благополучно вышла замуж, родила двоих сыновей, заочно окончила Улан-Удэнский техникум связи.

Спустя почти тридцать лет, в 1999-м, возглавила РУПС – районный узел почтовой связи, откуда на пенсию много лет назад ушёл её отец.

– Эти перестроечные сумбурные годы наверняка отразились на деятельности почтовой связи?

– Не хочется плохо вспоминать о прошедших временах. Да и моложе мы были, к трудностям терпимее относились. Когда я возглавила коллектив, шальные девяностые уже были позади, костры, конечно, не жгли, но их отголоски ещё наблюдались. Люди с раннего утра атаковывали отделения, выстраивались за пенсиями длинные очереди, народ боялся, что денег не хватит.

– Какое самое трудное решение вам приходилось принимать?

– Конечно, когда, скажем, поступило сверху указание о закрытии почтовых отделений. Я ведь прекрасно понимала, что в данном случае деревни зачахнут. Где люди в маленьком поселении найдут себе работу? С трудом давалось это решение.

Закрыли много почтовых отделений, в том числе в Облепихе, Сереброво. Популярным было в то время слово «нерентабельность».

Был ещё циркуляр, не могу точно вспомнить, где-то 2006-2008 годы, когда нас заставили перевести рабочий день сотрудников почты с шести утра до десяти вечера. Наверное, года два они существовали в таком режиме.

Приезжаю в район, люди жалуются: «Это мне надо встать в четыре утра, чтобы по хозяйству управиться. Иду на работу, а в это время даже печи не топятся, света ни в одном окне. Открою отделение и сижу в одиночестве». Было такое веяние, абсолютно непопулярное. Конечно, такой стиль работы просуществовал недолго.

Вообще, надо сказать, что наша структура с завидной регулярностью проходила этапы реорганизации, реструктуризации, преобразования. Контора связи, затем – узел связи, к которому относились и телефонисты, и телеграфисты. Позднее нас объединили с электросвязью.

Когда я начинала, мы были юридическим лицом. Потом перешли под крыло управления Иркутска. А с 2004 года – под ведомство Москвы, когда была создана «Почта России».

Когда была ещё рядовым сотрудником, у нас в районе действовало 45 почтовых отделений. Постепенно их количество увеличивалось. Затем опять пошло на убыль, начались сокращения, мелкие закрыли, через какое-то время районные структуры стали объединять, к нам присоединили Чуну.

Менялось и техническое оснащение служебных зданий. В нескольких отделениях – в Тайшете в девятом, десятом, Бирюсинске был проведен ремонт более-менее в современном стиле.

– Проблема с кадрами постоянно была?

– Нет, не всегда. Имелся короткий период, лет пять, когда заработная плата на почте была ненамного, но выше средней ведущих предприятий Тайшета, и кадры держались. Потом пошли скачки, и мы стали серьезно отставать в заработной плате.

– Светлана Петровна, как вы смотрите на то, что почтовая связь утрачивает свое прямое назначение, превращаясь сегодня все более в торговую сеть?

– Уже в мою бытность это наблюдалось. Целыми кипами к нам шли инструкции, сидим, изучаем, внедряем. Существовал отдел торговли, тогда мы его именовали «розницей». Был период, когда «Союзпечать» входила в состав почтовой связи, затем её выделили в отдельную структуру. Потом опять присоединили к нам, передали вместе с базой. Торговали традиционно канцелярией и газетно-журнальной продукцией, затем дозированно – парфюмерией.

Постепенно ассортимент расширялся. Пошли товары народного потребления, начали робко осваивать, так сказать, продуктовое направление. Уже тогда мы не очень положительно к этому относились. В городских отделениях и без того работы много и торговать мелочёвкой было несподручно, а вот для сельской почты это явилось хорошим подспорьем в плане повышения рентабельности.

Время было непростое, мудреное, в деревнях сотрудники нередко давали товар под роспись, мы знали, но закрывали на это глаза, особо не афишировали. При получении пенсий, детских пособий люди охотно брали продукты, товары первой необходимости.

– Вы помните свой последний рабочий день?

– Я ушла в 2014-м. Последние годы были чрезвычайно трудными. Жестоко убили молодого почтальона в Квитке. В Чуне пьяный водитель лесовоза буквально раздавил тридцатилетнего парня, а сопровождающая женщина осталась инвалидом. Там же, в Чуне, в ДТП погибла почтальон. И эти трагедии чуть ли не подряд друг за другом. А что такое гибель человека на предприятии? Это многочисленные проверки, комиссии, объяснительные. Чего скрывать, случались кражи. Когда люди «сидят» на больших деньгах, а получают копейки, не все спокойно на это могут смотреть.

Такие моменты не давали расслабиться. Работая, на ногах перенесла инфаркт и почти полгода выкарабкивалась. Находилась уже в статусе пенсионера, потому спокойно приняла решение не возвращаться.

Конечно, свой коллектив я вспоминаю только добрым словом. В большинстве своём коллеги честные, ответственные, добросовестные.

Непосредственно в одном кабинете сидела с Никоновой Надеждой Владимировной, она тоже прошла многие ступеньки профессионального роста, отдала связи более сорока лет.

Вместе со мной начинали с молодых лет и отработали на почте до пенсии Кузнецова Ольга Николаевна из села Шелехово, Прокопенко Нина Петровна, супруги Бродниковы Виктор Сергеевич и Татьяна Николаевна, Митькова Людмила Николаевна, Преснякова Альбина Николаевна, Кузнецов Виктор Николаевич и многие другие.

В трудовой книжке Светланы Петровны Тычковой тридцать записей разного рода морального и материального поощрений – Почетные грамоты, денежные премии, ценные подарки, есть Благодарность от Министерства связи и массовых коммуникаций.

– От чего сегодня у вас на душе хорошо? Что радует?

– Дача, внуки, у меня их трое, самому младшему – два с половиной года. Обыкновенная жизнь пенсионера – немного полежать, посидеть, почитать, что-то подшить, вкусно приготовить, постряпать. Никакой суеты, спешки, не надо никуда торопиться по утрам. Слышу иногда от ровесников: «Что я буду делать на пенсии, чем заниматься?». Для меня такая проблема никогда не существовала. Семь лет вне работы, и они пролетели как один год.

Валентина КАЙНОВА

Love
Haha
Wow
Sad
Angry

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *